Дерек де Линт рассказывает о его роли в The Assault, о своем увлечении фотографией и старыми машинами, а также о сексе, его работе в кино и о том, что он чувствует, будучи самым красивым мужчиной Нидерландов...

           ПЛЕЙБОЙ: Ты играешь главную роль в The Assault, это снова фильм о войне. Не слишком ли много фильмов снято об этом?
           ДЕ ДИНТ: Когда я снимался в "Оранжевом солдате", я думал: "Боже мой, опять эта война, я просто заболеваю от этого, когда наконец это кончится". Не так давно стали делать интересные фильмы о войне. Многие думают: "это время прошло и в будущем все прекрасно". Но после 50-ти, прошлое дает о себе знать. Я наблюдаю это вокруг себя, и часто об этом думают люди, которые не пережили какие-то ужасные вещи, потерю родственников и т.д.
Но в первую очередь The Assault – это не военный фильм. Это о фильм о человеке, которого война вырвала из уютного, правильного мира. Его дядя обеспечил его всем, он окончил школу, стал врачом, женился, имеет ребенка, собственный дом, но он пережил такое, о чем не может забыть. Это скрыто от других, но постоянно вызывает боль. В глазах людей, моя жизнь тоже сложилась довольно успешно: женат, дети, успешная карьера. Но это в реальности. Хотя в моей юности не было ничего такого, что можно было сравнить с переживаниями Антона Стейнвика из "The Assault". Я даже не играл в военный период фильма, 12-летнего Антона играл мальчик.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты помнишь о своем детстве?
           ДЕ ДИНТ: Гаага в 60-ых, да, это было фантастическое время. Гаага была огромным миром и это было отличное место. Я посещал огромное количество клубов, всех названий я не вспомню. Когда ты находишься в конце своего созревания, тебя начинают оделевать разные желания и ты находишься в таком периоде твоей жизни, что грех жаловаться. И в то же время это - неповторимое десятилетие.
           ПЛЕЙБОЙ: Как ты выглядел тогда?
           ДЕ ДИНТ: У меня были длинные, кудрявые волосы и я был очень худым.
           ПЛЕЙБОЙ: И чем ты занимался?
           ДЕ ДИНТ: Я был очень увлечен девочками, девочки, и все остальное не важно. Конечно, я беспокоился, что меня выкинут из школы, но это было потом…
           ПЛЕЙБОЙ: Что это было за: "увлечения девочками". Я могу предположить, что у тебя не было с этим проблем. Красивый, молодой человек.
           ДЕ ДИНТ: Я старался найти лучшую из лучших, преодолев все препятствия…
           ПЛЕЙБОЙ: Насколько я помню, это был период изменения отношения к сексу. Я старше тебя на два года, но при мне все было немного по-другому. Когда я начал трахаться, не было противозачаточных средств, мы жили в постоянном страхе.
           ДЕ ДИНТ: Но презервативы же были?
           ПЛЕЙБОЙ: Но это была плохая вещь, которая все портила.
           ДЕ ДИНТ: Но когда мне было 18, противозачаточных средств тоже не было.
           ПЛЕЙБОЙ: Да, это правда. Единственно, что не были так распространены венерические заболевания и в это время ты мог трахаться без проблем.
           ДЕ ДИНТ: Сейчас это настолько рискованно, что выглядит как чистое самоубийство. Кажется, ты будешь заниматься этим, если ты решил свести счеты с жизнью. Конечно, хорошо, что есть противозачаточные средства, но это не так хорошо, если девушка использует их всегда, это имеет совершенно обратный отрицательный эффект, потому что приводит к бесконтрольному сексу. Конечно, родители будут против этого. Я всегда осознавал опасность, что девушка, с которой я живу, может забеременеть и это радикально изменит мою жизнь. Возможно, я думал так, потому что мои родители хорошо понимали меня в отношении секса. Их реакция была всегда положительной. Я вспоминаю один случай, как я лежу голый вместе с девушкой в постели, играет музыка, родителей нет дома, все прекрасно. Я не слышал, когда они вернулись домой. Мой отец вошел ко мне, чтобы сказать, что он вернулся, а мы тут лежим. Он сказал только "извини" и вышел. Через некоторое время, он постучал, и принес пластинку с скрипичной музыкой и сказал: "это помогает для создания настроения". Позже я понял насколько важно именно такое отношение. Неверная реакция может нанести травму. Это просто смешно, что только ни делали родители моей бывшей подружки, чтобы разрушить нашу любовь! Я был очень сильно влюблен в девушку, которая должна была окончить школу. Ее родители узнали о том, что мы занимаемся любовью. Когда и мои родители узнали об этом, они решили обсудить эту ситуацию с ее родителями. Эти люди сказали что-то вроде этого: "вероятно вы знаете, что ваш сын и наша дочь…" А мой отец сказал: "ну, мадам, мы тоже были молодыми!" Тогда эти люди пришли в ярость: "вы радуетесь, что ваш сын не голубой". Вот такая реакция. Можете себе представить, она сбежала из школы, накануне ее окончания и улетела в Англию. Позже я переживал, что она должна была бросить своих родителей из-за меня. Но во всяком случае хорошо, что я не женился на такой девушке.
           ПЛЕЙБОЙ: Убийственно!
           ДЕ ДИНТ: Непостижимо.
           ПЛЕЙБОЙ: В это время представить это было невозможно.
           ДЕ ДИНТ: Может быть мне все время попадются такие люди. Когда я учился уже в Акадедии искусств, я имел еще одну большую любовь. Когда ее мать узнала об этом, она запретила ей приходить ко мне, потому что я читал ей в постели Уолкерса. Она стала вскрывать ее письма! Только представь, мы влюблены и ранним утром мы завтракаем в постели и читаем "Турецкие фрукты"! Это было замечательно!
           ПЛЕЙБОЙ: Эй, да ты – настоящий романтик?
           ДЕ ДИНТ: Да, на самом деле я могу заниматься сексом только с той девушкой, которую люблю, я ищу идеал женщины, но в то же время, я вспоминаю, что это доставляло огромное наслаждение. У меня остались фантастические воспоминания. Когда мне пришлось впервые растегивать девушке лифчик. Я не могу сказать, что это был в первый раз, но я вижу это, как будто впервые. Мы легли в постель, чтобы заняться любовью и я знал, что все надо делать медленно. Я раздел ее, растегнул лифчик … и кончил. Катастрофа! Но я подумал об этом: фантастика! Из лифчика выскочили две такие груди, которые я никогда раньше не видел!
           ПЛЕЙБОЙ: И чем закончились две твои большие любви?
           ДЕ ДИНТ: Некоторое время я писал той девушке, которая уехала в Англию, хотел съездить в выходные, звонил ей, но она встретила англичанина. Другая девушка стала фотомоделью. Она путешествовала с зарубежными фотографами по Европе. Я сходил с ума от ревности, преследовал ее из страха ее потерять. Но она изменила мне с моим знакомым и это было мое счастье.        В это время я учился в Академии искусств и это было вовсе не то, что я хотел делать. Я хотел играть в театре, мне хотелось уехать в Амстердам, это центр Вселенной. Мои родители были против, они думали, что я буду сопротивляться, а она была против также. Они начали надоедать мне, что я должен уважать ее родителей, и показать, что я волнуюсь за нее, а в то же время между нами все кончено, но я думал: я сделаю то, что я хочу. И это было очень важно для меня. Я уехал в Амстердам. Это были первые годы жизни, к которой я так стремился, время безграничных возможностей. Но Бог мой, что произошло? Ты встречаешь кого-то, влюбляешься и начинаешь жить вместе.
           ПЛЕЙБОЙ: Ты не из тех, кто может быть одиноким.
           ДЕ ДИНТ: Нет, но я абсолютно не могу себе представить, как ни странно это звучит, что я когда-нибудь женюсь еще раз.
Я совершенно счастлив, но сейчас я думаю, что я мог бы совершить ошибку. Я могу себе представить, что я бы не встретил моей жены, но я не женился бы снова, если отношения начались бы ради такого результата. Я думаю, я остался бы независимым. Я думаю также, что лучше для меня быть одиноким, я бы имел возможность больше писать. Я доволен своим прошлым, я чувствую, что это было прекрасно, но если бы я был человеком несколько иного типа, я бы постарался заняться писательским трудом.
           ПЛЕЙБОЙ: И много ты написал?
           ДЕ ДИНТ: Когда я учился в Академии Искусств я писал ежедневно, но моя проблема была в том, что мне трудно было облечь свои мысли в определенную форму. Когда ты не можешь сделать это, ты находишься в безвоздушном пространстве. Позже, когда я был безработным, я получал отвратительные предложения и думал: я могу получить лучшее, если я постараюсь. Создать сценарий и затем работать в кино.
           ПЛЕЙБОЙ: Смог ли ты что-нибудь продать? Ты был так близко к этой жизни, так что ты имел что-нибудь.
           ДЕ ДИНТ: После того, как я закончил сниматься в канадско-голландском кинофильме, у меня возникла замечательная идея поработать с моей женой. Я предложил это одному продюсеру и он был полон энтузиазма. Я получил определенную сумму для написания сценария и собрался писать, но потом появилась больше работы и сценарий все время лежал дома. Это была прекрасная идея, но это так и не получило продолжения.
           ПЛЕЙБОЙ: Что же помешало?
           ДЕ ДИНТ: Трудно сказать. Мне трудно найти форму для того, что происходит со мной, но в то же время я чувствую, что я больше имею талант, чтобы играть в кино, а не писать сценарии. Я еще смогу написать книгу, когда мне будет 50.
           ПЛЕЙБОЙ: Ты думаешь о смерти?
           ДЕ ДИНТ: Я прекрасно понимаю, что моя жизнь может оборваться в любой момент. Гарри Мулиш (Harry Mulisch, известный голландский писатель) писал об этом в "De zaak 40/61" (Дело N40/61) об инсценированном процессе Айхмана, что на этом эта история не заканчивается. Может настать утро, когда тюремный грузовик остановиться у твоих дверей, только потому что ты носишь голубой свитер или потому что твои волосы начали седеть. Я исхожу из того, что я становлюсь старше. Я знаю, что вы можете умереть в любой момент, но я не думаю об этом постоянно. Мне было бы неприятно спрашивать себя каждый день, сколько мне еще осталось. Нет, я нахожусь только в середине жизни.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты чувствуешь, когда становишься старше?
           ДЕ ДИНТ: Это делает жизнь прекрасной и волнующей.
           ПЛЕЙБОЙ: Правда?
           ДЕ ДИНТ: Да. Когда мне было 16, я узнавал о существовании множества потрясающих вещей, но я не мог понять как все происходит. Я нахожу волнующим, что сейчас я могу придать форму тем вещам, которые я вижу. Но я хочу заметить, что я по-прежнему совершаю те же ошибки, что делал в свои 16.
           ПЛЕЙБОЙ: Счастливая точка зрения. Это должно быть все-таки ужасным, когда такой человек меняется.
           ДЕ ДИНТ: Но я считаю, что это превосходно быть таким человеком. Я нахожу всегда что-то новое, чему могу радоваться. Я считаю ужасно скучным, как бы я сказал в переносном смысле, если бы мне приходилось ехать все время в одной и той же машине. Но как актер я считаю, что это прекрасно, когда ты можешь проявить себя с разных сторон.
           ПЛЕЙБОЙ: Но в мужчине всегда что-то остается от ребенка.
           ДЕ ДИНТ: Лучше всего, если в мужчине остается что-то от ребенка. Что к примеру происходит в политике. Политика – это сегодня почти синоним для гиперкризиса и это происходит из-за того, что люди воспринимают все так серьезно. Мужчина занят только тем, чтобы быть мужчиной, а для ребенка не остается места в душе. Что получается, когда так много людей все еще верят в политику? Ты видишь, что чьи-то руки управляют марионетками и почему ты по-прежнему веришь в этот театр кукол?
           ПЛЕЙБОЙ: Как твои дела сейчас?
           ДЕ ДИНТ: Я в хорошей форме.
           ПЛЕЙБОЙ: Я имею в виду стиль твоей жизни. Ты богат?
           ДЕ ДИНТ: Если подразумевать под этим, что ты вкладываешь деньги в акции и звонишь каждый день на биржу, то, нет, я не богат. Я наслаждаюсь жизнью, я имею собственный дом и когда есть деньги, мы живем очень хорошо, если – нет, мы живем хуже. Я считаю, что это и есть правильный образ жизни. Конечно, я планирую что-то в своей жизни. Мой отец всегда помогал мне с моими расходами и теперь моими делами занимается профессиональная компания. Раньше я работал с агентом, а теперь с поверенными, это тот тип вещей, который может улучшить мои дела. В кино дела обстоят так, пока ты не закончишь какое-то дело, не получишь гонорара. Но трудно стать богатым в Голландии, если ты играешь только в кино или на телевидении. Я работаю сейчас в телесериале, который будет показан в последнем квартале этого года. Когда ты работаешь на телевидении, ты получаешь огромное внимание публики. И потом кино. Я могу сниматься только в двух-трех фильмах в год, на этом я ограничиваюсь.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты делаешь в свободное время?
           ДЕ ДИНТ: Мое самое большое увлечение – фотография. Я получил мой первый фотоаппарат, когда мне было 12 и я сейчас имею огромный архив.
           ПЛЕЙБОЙ: Что именно ты фотографируешь?
           ДЕ ДИНТ: Я нахожу прекрасным все, что меня окружает в жизни. Но эти домашние фотографии жены и детей совершенно не интересны для других. Еще я очень люблю копаться в старых автомобилях, как это не покажется странным.
           ПЛЕЙБОЙ: Ремонтировать?
           ДЕ ДИНТ: Да, я думаю, что это здорово. Если я перестану быть актером, я буду работать автомехаником.
           ПЛЕЙБОЙ: У тебя старый автомобиль?
           ДЕ ДИНТ: Да, но это, конечно, не коллекционный "Ягуар" 32-го года. Настоящие любители имеют теплый гараж под их домом, где стоят три " Ягуара" и вечерами они берут виски и отправлюятся туда, на встерчу своей любви. Но это не для меня. С 17-ти лет я занимаюсь старыми машинами. Вначале потому что не было денег. Сейчас я заработал так много, что могу ничего не делать самостоятельно, но любовь осталась. Я люблю старые машины. И чем старее, тем лучше.
           ПЛЕЙБОЙ: Например, старый "Ситроен"…
           ДЕ ДИНТ: Это было бы потрясающе, но я вижу, что невозможно жить в центре с такой машиной. Ты перестанешь спать и будешь каждое утро вскакивать и смотреть стоит ли машина на своем месте. Я имею старый "Пежо", я сделал его вместе с ребятами из автомастерской. Я не могу сделать все сам, к примеру, я не смогу заниматься сваркой. Мне нравится заниматься разнообразными вещами, но только теми, что мне по зубам, это не было самой сильной стороной меня. Что мне действительно нравится, когда я закончил что-то и на данный момент перешел на определенный уровень. Это замечательно. Ты можешь оглянуться и увидеть то, чему ты научился и автоматически тебя тянет узнать еще больше.
           ПЛЕЙБОЙ: Давай вернемся к образу твоей жизни, что тебе нравится больше всего?
           ДЕ ДИНТ: Мне хотелось быть среди людей, которые любят меня и которых люблю я. Я хочу отстраниться от суровых будней, но это не означает, что я запрусь в неприступной башне. Просто я строю свой собственный мир.
           ПЛЕЙБОЙ:Но твоему внутреннему миру постоянно что-то угрожает.
           ДЕ ДИНТ: Нет. Это было бы глупостью, если я согласился бы с этим. Но я стараюсь избегать разговоров о моей личной жизни. 99 из 100 людей, которых вы знаете, вы видели на телевидении. Я думаю, вы можете 50 лет играть в театре и вас никто не будет знать. Вы можете сыграть в 10 фильмах с тем же результатом, но когда вы сыграете в одном телесериале, вас сразу начнут узнавать. Телевидение – это потрясающе. Это производит такое впечатление, как будто ты так живешь каждый день. И это приходит в противоречие с твоей собственной жизнью. В большинстве случаев это замечательно, даже трогательно, но иногда раздражает. Но то, что это мне угрожает ежедневно, это чепуха. Популярность может доставлять удовольствие, но с самого начала я был настроен против прессы. Когда я снимался в "Оранжевом солдате", они стали говорить, что когда мне звонят из "Prive" , я бросаю трубку. Я говорил, что это полная чепуха, если кто-то вежливо просит дать ему интервью, я не буду бросать трубку. И сейчас, 10 лет спустя, я ничего не скрываю. Но я считаю, что я должен оберегать мою семью.
           ПЛЕЙБОЙ: Бриджит Бардо говорила: "единственное, что я имею, это моя личная жизнь и они хотят отнять ее у меня". Она была очень занята своей личной жизнью.
           ДЕ ДИНТ: Но вы не можете сравнивать меня с ней. Бардо была всемирно-известной. Я не секс-символ.
           ПЛЕЙБОЙ: Ну, ты тоже самое. Все школьницы влюблены в тебя.
           ДЕ ДИНТ: Так-так. Нет, это замечательно, если кто-то нашел свою любовь. Для примера, я пришел с моими детьми в зоопарк и вижу, что одна девочка из группы узнает меня и тут же бежит ко мне. Это видят другие дети и тоже бегут ко мне. И когда я заканчиваю писать свои каракули, одна девочка спрашивает: "а как вас зовут?", она узнала меня, но не помнит моего имени. Это возвращает меня с небес на землю. Ты говоришь, что все школьницы влюблены в меня, но я думаю: есть много школьниц, которые не знают о моем существовании.
           ПЛЕЙБОЙ: Что бы ты чувствовал, будучи секс-символом?
           ДЕ ДИНТ: Это меня расстроило бы.
           ПЛЕЙБОЙ: Ты им стал.
           ДЕ ДИНТ: Вечерами три леди из "Viva" сидели на телефоне – смеялись, кричали, визжали – с шерри, белым вином и кусочком сыра и звонили 120 произвольным респондентам чтобы спросить, кого они считают самым красивым мужчиной Голландии. Это было после того, как на экраны вышел сериал Herenstraat , который произвел огромное впечатление и в этот момент вы открыли, что Дерек де Линт – самый красивый мужчина Голландии. И многие девушки стали считать, что ты самый лучший мужчина Голландии.
           ПЛЕЙБОЙ: И что тебе не нравится?
           ДЕ ДИНТ: Когда тебе 17 или 18, вы мечтаете, что вы придете в какое-нибудь место, где будет девушка, влюбленная в другого парня и увидев тебя, она скажет ему: извини, вот мужчина моей мечты. Но когда это случается 10 лет спустя, это может только расстроить. Когда ты встречаешь потрясающую женщину, единственное, что ты можешь сделать ей приятное – дать автограф. Очень трудно говорить об этом, это касается той области жизни, которую я стараюсь избегать.
           ПЛЕЙБОЙ: Твоя жена ревнует?
           ДЕ ДИНТ: Она говорит, что - нет. Она бы стала ревновать, если бы я влюбился бы в кого-нибудь. Но когда я снимаюсь в постельных сценах в фильме, она совершенно не ревнует.
           ПЛЕЙБОЙ: Трудно сниматься в эротических сценах?
           ДЕ ДИНТ: Тяжело.
           ПЛЕЙБОЙ: Что так?
           ДЕ ДИНТ: Это трудно, потому что все запланированно. Один день вы только гуляете по улице, а на следующий день вы должны сниматься в эротической сцене. "Эй, ребята, утром вы должны будете сделать так и так". На самом деле необходимо иметь много времени для подготовки. Чтобы кто-то мог создать определенную атмосферу для актера и актрисы, которые будет играть в такой сцене, чтобы сделать ее правдивой. И я имею в виду не только режиссера, который обязательно должен дать на это время.
           ПЛЕЙБОЙ: Я вижу, что для голландских фильмов эротика обязательна.
           ДЕ ДИНТ: Я очень рад, что в The Assault почти не было никакой эротики. Но люди почему-то думают, что хорошая постельная сцена поможет фильму в коммерческом плане. Но ничего нет отвратительнее постельной сцены.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты можешь сказать о порнографии?
           ДЕ ДИНТ: Мне это ничего не дает. Иногда я думаю, мне хотелось бы, чтобы я думал больше о таких вещах, как порнография. Но меня это совершенно не интересует. Порнография кажется мне кошмаром. Но я никогда не скажу, что это надо запретить. Они могут сделать огромный порно-шоп. Но я должен иметь выбор. Как во всем в этой жизни, я должен иметь выбор, чтобы мне ничего не навязывали. Когда я думаю об эротике, я не думаю об огромном количестве половых актов, но о тех эротических моментах, которые я сам пережил, которые остались в памяти, но я видел это на фото или видео редко или никогда. Когда я вижу порнографические фотографии, я не нахожу их красивыми или волнующими, поэтому мне хотелось бы сделать такие фотографии, но не из тех, от которых мужчины заводятся, а такие, из-за которых я сам завожусь. Также мне хотелось бы сделать такой календарь с 12 самыми знаменитыми людьми в Нидерландах, с людьми, которых ты никогда не представлял обнаженными и это можно сексуaльно сфотографировать.
           ПЛЕЙБОЙ: Ты с успехом работал фотомоделью.
           ДЕ ДИНТ: Когда я учился в Академии искусств, я работал на фабрике. Я работал неделю и я получал возможность делать два часа для фотографий.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты делал?
           ДЕ ДИНТ: Моду. Я чувствовал в этом свое призвание, так что все было просто. Я думаю, что это было здорово работать с симпатичными девушками и ты становишься потрясающе избалованным: ленч с рыбой и белым вином и получаешь за это 800 гульденов. Тогда я смог оплатить многие вещи: мою первую поездку в Америку, машины, все. Но я не мог больше работать, хотя это было жаль.
           ПЛЕЙБОЙ: Почему?
           ДЕ ДИНТ: Определенный расчет. На неделю ты едешь на остров, фантастический перелет, отель - все оплачено, вы получаете за это 5000 гульденов. Но как актер ты получаешь гонорар и они ни за не платят. Но все равно я не смог больше там работать, потому что я остаюсь Дереком де Линтом.
           ПЛЕЙБОЙ: Когда тебе было 16 думал ли ты, что станешь звездой?
           ДЕ ДИНТ: Конечно, нет. Я занимался своими картинами и рисунками, и позже прежде всего фотографией. Это чувство возникло тогда, когда я был в Академии искусств и потом переехал в Амстердам, но я не думал, что я буду сниматься в кино.
           ПЛЕЙБОЙ: Большинство людей не желают лучшего и с ними ничего не случается.
           ДЕ ДИНТ: В настоящее время кажется, что это важно - стать знаменитым, обожаемым, выделиться из серой массы, но такие вещи никогда меня не интересовали. Если у вас начинает кружиться голова от успеха, то это самоубийство для актера. Это будет закат вашей карьеры.
           ПЛЕЙБОЙ: Но Сильвия Кристель говорила, что она хотела быть знаменитой и стала ею.
           ДЕ ДИНТ: И она все еще знаменита. Но меня никогда не прельщала идея быть знаменитым. Когда после "Оранжевого соладата" пришел успех, я подумал: это именно то, что я хотел сделать, как профессиональный актер. Но вот наступил день премьеры "Оранжевого солдата", все в смокингах, в свете прожекторов, публика стоит за барьерами, полиция на лошадях, Рутгер и Иероним приезжают на мотоциклах и все мы - в старом ролс-ройсе. В зале королева Юлиана, принц Бернард, королева-мать Беатрикс и Клаус. И тут эта сцена, где я должен был в России сидеть в сортире. Я бросил взгляд на ложу с королевской фамилией, как они наблюдают мою голую задницу и подумал: "О Боже мой! "
           ПЛЕЙБОЙ: "Оранжевый солдат" был твоим первым фильмом?
           ДЕ ДИНТ: Моим дебютом в кино был французский фильм "Барокко". Я проходил пробы для "Оранжевого солдата" и получил маленькую роль в этом фильме. Я играл радиорепортера и должен был по-французски делать репортаж о том, что здесь случилось, а тем временем переполненный поезд должен прибывать на вокзал. И каждый раз, когда я запинался, этот переполненный поезд должен был снова прибывать сюда. Когда это произошло во второй раз, они сказали: что это за идиотизм?
           ПЛЕЙБОЙ: Что было до проб для "Оранжевого солдата"?
           ДЕ ДИНТ: После театральной школы я играл в пьесе Хьюго Клауса, которая называлась "Thuis". Ну это было нечто такое, о чем нельзя сказать: "Боже, мы делаем что-то великое". Я чувствовал, что я переживаю крах театра, я чувствовал себя больным. Эта пьеса провалилась и я в первый раз потерял работу. Я зарегистрировался на бирже труда и спустя две недели я понял, что ничего не происходит – я сам позвонил туда служащему и он сказал: "вы зарегистрировались, как актер, но может быть вы можете танцевать?" Я ответил, что брал уроки танцев. Тогда он спросил: может быть вы умеете петь? Я сказал: "да, я брал уроки пения", хотя мне не хотелось называть имя того, у кого я их брал. Они сообщили, что есть вакансия для "Rocky Horror Show" и не хотел бы я сделать пробы. Я готов был наложить в штаны, но я прошел пробы три раза. И они позволили мне спеть для Зилвервута, я очень нервничал, но в конце концов я получил эту роль.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты играл в этом шоу?
           ДЕ ДИНТ: Я играл такого изящного типа, который путешествует вместе со своей невестой, и в пути машина ломается. Он звонит в замок и здесь становится совершенно трансексуальным или как это называется.Но в любом случае я переодевался, получал туфли на высоких каблуках, трико телесного цвета и подвязки и я должен был танцевать. Это осталось на всю жизнь в моей памяти.
           ПЛЕЙБОЙ: Что тебе нравится делать?
           ДЕ ДИНТ: Больше всего мне хотелось сыграть в комедии, но не в театре, а в кино. Я думаю, это было бы потрясающе, и я хочу сказать, что это действительно одна из тех вещей, которую я смогу сделать. Комичное – это самая желаемая область для меня. Я думаю, что комедия и мюзиклы самые трудные жанры.
           ПЛЕЙБОЙ: Юмор – это редкая вещь.
           ДЕ ДИНТ: К сожалению, может быть так, но я так не считаю.
           ПЛЕЙБОЙ:Как ты попал на пробы "Оранежевого солдата"?.
           ДЕ ДИНТ: Моя кузина понравилась Нансу Кемну и Инек ван Везел, которые работали для Роб Ховер и затем я смогу показаться им и позже я имел контракт. Это было нечто. Вы можете понадобиться 24 часа и 7 дней в неделю. Это такой вид контракта, который больше не используется с 1848 года. Я получил смешную сумму, но подумал: "Я не собираюсь огорчаться из-за денег". "Оранжевый солдат" снимался в два приема и между ними я сыграл у Ат де Юнга "Blindgangers" и этот фильм стал моей первой премьерой. "Оранжевый солдат" и " Blindgangers" – совершенно не похожие друг на друга фильмы. "Blindgangers" имел очень маленький бюджет. Мы снимали все на половине дома Ат де Юнга и на другой половине, где жил человек, который работал днем и мы могли использовать его дом, подкупая его булочками с маслом. Но здесь была потрясающая атмосфера. И в то же время я снимался для "Оранжевого солдата", где меня окружали известные актеры. Это был самый первый голландский фильм с огромным по тем временам бюджетом.
           ПЛЕЙБОЙ: Что ты думаешь о Верховене?
           ДЕ ДИНТ: Я не знаю, что сказать. Представь себе, группа актеров - это бифштексы, а Пауль [Верховен] и Роб Ховер ходят вокруг съемочной площадки, как кровожадные львы и никому, кроме них, не позволяется ругаться и орать. И в то же время эти крупномасштабные спецэффекты, массовые сцены и это так внушительно, настоящий киномир. После этого я быстро стал сниматься в других крупных проектах. Я ужасно хотел сыграть в "Kort Amerikaans". Этот фильм снимался по книге, которая была одной из моих любимых. Я прекрасно работал в этом фильме и мы верили, что мы делаем что-то просто фантастическое, это будет фильм, на просмотр которого люди будут стоять в километровых очередях.
           ПЛЕЙБОЙ: "Kort Amerikaans" провалился.
           ДЕ ДИНТ: Я считаю, если около 500 тысяч пришли посмотреть на ваш фильм, это уже успех. Что для меня было самым важным, когда я смотрел этот фильм. Впервые было иначе по сравнению с тем, что случилось с "Оранжевым солдатом". Во время съемок "Оранжевого солдата" я не был главным актером, я не видел ни метра снятого материала и смог оценить это только на премьере: благодаря озвучиванию и монтажу, моя роль стала выглядеть лучше и я подумал тогда: "Это прекрасно, ты сделал лучше, чем даже думал". Я играл в "Kort Amerikaans" главную роль и я старался сделать все, на что был способен. Когда мы снимали этот фильм, я смог добавить кое-что в сценарий и в музыкальное оформление. Я думал: "Боже мой, это будет лучший фильм моей жизни". Но когда я увидел готовый фильм, я увидел нечто совершенно другое. Я провалился вместе с этим фильмом.
           ПЛЕЙБОЙ: С каким типом режиссера тебе нравится работать?
           ДЕ ДИНТ: Я считаю, что это замечательно, когда режиссер знает, чего он хочет. Это его фильм, а не актера и он – главный здесь. Актер должен заниматься творчеством, думать над образом, между актером и режиссером должна установиться атмосфера доверия, но они не должны опускаться до панибратства. В девяти случаях из десяти совершенно неинтересно, что актер может предложить режиссеру. Но я жду, что режиссер сможет точно объяснить мне свои идеи, и не обращаться со мной, как с тупым животным. Хотя я знаю, что часто актеры ведут себя отвратительно.
           ПЛЕЙБОЙ: В чем ты видишь трудности?
           ДЕ ДИНТ: Спросите мою жену. Я стремлюсь к равновесию, мне приятнее работать в атмосфере гармонии, где есть место для юмора. И мне хочется идти собственным путем, без давления с другой стороны. Но вначале я медленно приспосабливался к этому, что неизбежно вызывало конфликтные ситуации. Самые лучшие вещи я сделал под чьим-то давлением, так что я остаюсь реалистом.
           ПЛЕЙБОЙ: Ты выглядешь очень уравновешенным и немного сентиментальным человеком. А какой ты на самом деле?
           ДЕ ДИНТ: Мне хотелось бы жить в гармонии, но самые лучшие вещи порой случались со мной, когда эта гармония была разрушена. Этому я научился в последние годы, как муж, как отец и как актер. Когда я вспоминаю работу в The Assault , я не могу сказать: "Боже мой, я замечательно работал и я сумел найти с Радемакерсом общий язык". На самом деле это было ужасно с начала и до конца. Но я думаю, что The Assault – мой лучший фильм на сегодняшний день. Я - очень эмоциональный человек и я мог просто растратить свои чувства понапрасну. Поэтому я отстранился от образа своего героя. В фильме я был в шкуре Антона. Этот фильм был о его проблемах, но в определенном смысле, я видел в нем родственную душу. Как фильм был срежиссирован, смонтирован зависело и от меня. Люди хотят больше знать о себе, где скрыта их агрессия. Я даю этому форму, как актер. Если я был художником, я бы сказал: приходите на выставку моих картин. Как актер я говорю: приходите посмотреть The Assault в кинотеатрах с 5-го февраля.

Playboy Nederland, февраль 1986

В начало статьи